Моя прелесть!!

Пикчер


Chamber Toastmasters Club

Группы GoogleACC Toastmasters Ukraine (7226U Kiev)

Перейти в эту группу

Сайт группы

 


Цитатник

Нечего залеживаться в постели, если не можешь делать там деньги.

N\A

Есть много способов сделать карьеру, а самый верный из них — родиться в нужной семье.

N\A

"Да что вы все понимаете?! Никакой оргазм не сравнится с тем, что испытываешь, когда сходится баланс!"

Из уст бухгалтера.


Крутится, вертится...

Гости

free counters


FB



Дождь...


Сильный дождь барабанил по стеклам. Большое окно во всю стену было покрыто причудливыми узорами, которые меняли друг-друга с калейдоскопической скоростью, предоставляя воображению самому рисовать связную картинку. Он любил дождь, любил вот так сидеть в удобном кресле и наблюдать, как прозрачные капли стекают по стеклу, собираясь в более крупные и, в конце концов, крупными гроздьями падая на пол террасы. Ему все казалось, что дождь не просто смывает налет усталости с его мыслей, позволяя им течь более плавно и последовательно, но помогаем ему управлять этими мыслями, возвращая их вспять, в тот день, когда на улице шел такой же дождь, а они бежали по улице держаcь за руки, и не было никого счастливей их двоих.  

Легонько скрипнула дверь, и дворецкий внес поднос с сигарой и бокалом, на две четверти наполненным коньяком. Это был хорошо обученный дворецкий, который прослужил больше 30 лет и которому нравилась его работа и его неприхотливый и честный хозяин. Уже более 5 лет, с момента окончания постройки этого загородного дома, как только начинали моросить первые капли дождя, дворецкий спускался в подвал и доставал одну из бутылок, как говорили ему при приеме на работу, «того самого года» и наливал ровно две четверти пузатого бокала. После этого он поднимался в гостиную и доставал из шкафчика сигару того же года. Аккуратно складывал на поднос рядом с сигарой и бокалом гильотинку и сигарную спичку , и приносил в большую, но уютную каминную комнату. После этого он мог спокойно пойти к себе, переодеть служебную форму и быть свободным до следующего дня. Неважно, в какой период дня начинался дождь, но хозяин будет так сидеть все оставшееся время, интуитивно распределив сигару и коньяк так, что их хватит ровно до 12 часов следующего дня. Хозяина называли странным, но опытный глаз дворецкого видел, что в такие минуты хозяин просто отсутствовал в этом мире, уходя куда-то далеко , где он мог отдохнуть от нахлынувшего возраста и повседневных проблем. В такие минуты его лицо, изрядно покрытое морщинами с глазами изо льда и боли, преображалось. Казалось навечно застывшая в глубине зрачков боль - отступала, как бы смытая каплями дождя, отражавшимися в опустевших зрачках.  

Он не замечал подошедшего дворецкого. Хорошего дворецкого. Стоящего своих денег и оказываемого доверия. Присутствуй в комнате кто-нибудь другой, он бы не позволил показывать такую явную слабость. Но это был его дворецкий. Исполняющий его ритуал. И он не отвлекался. Он все так же бежал по мостовой, держа её за руку. А летний дождь все так же бил по крышам и тротуарам их города. Они знали друг друга с детства. Жили на одной лестничной площадке, ходили в одну школу, даже сидели за одной партой, чем вызывали насмешки одноклассников. Их вузы находились по соседству, и он периодически убегал с занятий, что бы утешить и попытаться в какой уже раз склеить её в очередной раз разбитое сердце. Он любил её. Всем сердцем любил. Детская привязанность переросла в крепкую дружбу. А дружба, как это часто бывает, со временем уже не могла вместить всю гамму чувств, которая просыпалась в нем с каждым днем проведенным вместе. Она была в меру эгоистична, в меру честолюбива и очень талантлива и усидчива. Сразу после вуза она уехала учиться заграницу и провела там без малого 3 года. Те недели, когда она приезжала в их город, что бы отдохнуть от учебы и повидать родителей, были самыми счастливыми в его жизни. Она рассказывала о своей учебе, жизни, очередной , не сложившейся , любви. Он слушал её и наслаждался мелодией её голоса, её улыбкой, её движениями. Она так и осталась в его памяти такой – стройной, улыбающейся, вечно поправляющей копну непослушных волос, цвета солнца. Образ пронесённый сквозь долгие годы 

В тот день шел дождь. Он не любил мокнуть под дождем, он вообще не любил дождь. Но она любила гулять под дожем. Любила стоять под обжигающими струями и смеяться. А он любил её и любил все, что связывало с ней. В этом году она приехала навестить родителей летом. И как всегда позвонила ему и пригласила прогуляться. Ему уже было 27, ей тоже. Его уже изрядно побили ухабы на дорогах жизнь, перед ней жизнь открывала новые горизонты и страны. Почему-то именно в этот день, когда с неба радостно падали капли, а лучи летнего солнца играли в её золотых волосах, а её смех отражался в каждой новой капле, создавая незабываемую мелодию, он чувствовал что с него смывается гряз прожитых неудач, не сложившихся сделок и частых драк за место под солнцем. Она схватила его за руку и смеясь потащила в ближайшую арку спасаться от усиливающегося дождя. Промокшая одежда облегала её стройную талию, мало что скрывая от заинтересованного взгляда. Она заметила этот взгляд и развернулась так, что бы он мог её лучше рассмотреть. Как всегда он покраснел и старался не задерживать взгляд на её полной груди уютно покоящейся в узорчатом лифе, великолепно просматриваемым сквозь промокшую белую блузку. Она продолжала играть с ним, а в её глазах прыгали незнакомые ему чертики. Она прильнула к нему, и он ощутил аромат свежих тюльпанов. Когда-то он потратил сутки, бегая по парфюмерным магазинам пытаясь найти её любимые духи с ароматом тюльпана. Но все было тщетно. Это была одна из немногих тайн, которые она хранила от него. Он почувствовал её дыхание у своего уха и тихий шепот «Мне холодно…». Он не знал, что толкнуло его в тот момент. Это не первый раз, когда она так прижималась к нему и просила согреть. Он всегда снимал свою куртку, непромокаемая ткань которой защищала его от неприятных капель во время их прогулок под дождем, и хранила тепло его тела. Он всегда был рад, что хоть так, но может согревать её своим теплом. Но в этот раз что-то изменилось. Неуловимая интонация в голосе, все ещё продолжающие прыгать в её глазах чертики или просто принятое накануне решение. Он распахнул свою куртку и просто прижал её к себе закутав их обоих в непромокаемую ткань. Она долго молчала уткнувшись лбом в его грудь. Её нежные руки обняли его за талию и она прижалась ещё сильней. Он услышал довольное сопение, а когда решился и рискнул опустить глаза на её лицо, то увидел, что на него смотрят два бездонных озера зелёных глаз. Он вздрогнул, так как в этих озерах плескалась боль, коию он не замечал даже в самые сложные периоды её жизни. Готовые сорваться с губ слова застряли в горле и он не мог оторвать взгляда от этих озер боли, надежды и тепла. Она нежно улыбнулась такими желанными губами и прошептала ещё тише чем раньше - «Спасибо тебе!». И прежде чем он успел прорваться сквозь глубину её глаз к скрытому смыслу её слов, их губы встретились. На какое-то время окружающий мир потерял смысл сузившись до тепла её тела и мягких губ. В голове все ещё стучала обеспокоенность увиденной в её глазах боли, но мозг упивался мигом долгожданного поцелую вытесняя тревогу на задворки сознания. Он все ещё чувствовал запах тюльпанов, ощущал её губы, касающиеся его, а она уже мягко отстранялась от него. Отойдя на несколько шагов от него, она улыбнулась нежной но несколько грустной улыбкой. Он понимал, что выглядит глупо с поднятыми ещё в объятии руками, легкой дымкой наслаждения в глазах, но ничего не мог с собой поделать. А она выпрямилась, расправила плечи и со свойственной ей решительностью сказала окрепшим голосом «Прощай!», развернулась и побежала прочь.  

Он отложил сигару в сторону, одним глотком осушил бокал и поднялся с кресла. Летний дождь все продолжал барабанить по большому, во всю стену окну, продолжая рисовать сменяющие друг-друга узоры. Он подошел к большому шкафу, изготовленному по особому заказу из старого дуба. Старая дверца протестующе скрипнула. Он открыл один из ящиков, в котором хранил самые важные документы. В самом низу, под ворохом договоров и прав владения лежала черная папка из простой бумаги. Эта папка появилась в его жизни спустя три дня после её прощального поцелуя. Эта папка была его стимулом в течении прошедших 40 лет, за которые он поднялся на вершины, находясь на которых имел право именоваться богатым и влиятельным. В этой папке хранилось всего 3 листка. Детский рисунок дома с зелёными стенами, большой каминной комнатой с окном на всю стену и раскинувшейся перед ним верандой. Рисунок был по детски прост, но не лишен правильности и изящности. Она всегда красиво рисовала, а с годами её умение только возросло. Второй листок был письмом. Точнее даже не письмом, а двумя предложениями, которые врезались в его память с кристальной четкостью: «Ты был самым светлым, что было в моей жизни. Спасибо и прости!». Неосознанно его левая рука сжалась в кулак. Третьим листом была выписка из больничного справочника, с датами приема пациента, характером болезни и датой регистрации смерти. Того самого года, три дня спустя...


Далее... | Каменты 11

Старенькое - наивненькое...


Вообщем это было давно. 5 лет назад. если не больше. Новенький КПК, скучные пары, и желание воплотить всё когда-то придуманное в текст. Это как бы ещё не конец. Ещё кой-чего в блокнот записано, но это первое. Самое наивно-примитивнное....

Читать дальше...


Далее... | Каменты 9

Из незаконченого....


Когда-то я тут выкладывал текст того, что наваяла моя фантазия...

Под катом продолжение...могут быть ошибки, я ещё не вычитывал. Надеюсь сделаете сноску на время, когда писалось:) И нет пока слаженного сюжета, это только попытка всё упорядочить.

Читать дальше...

Думаю, если не забъю со временем, то отрывки будут появляться здесь..


Далее...
ОБОЗ.ua